Пушкин!

VicRus

Administrator
#1
.
Из форума "Цивилизация"

раскопал аффтара Женя Козлов, за что ему респект.

Смерть А. С. Пушкина. Мифы и реальность

Анатолий Клепов

24 января 1722 года Петр I утвердил Закон о порядке государственной службы в Российской империи (чины по старшинству и последовательность чинопроизводства). Существовала следующие градации чинов: военные, статские (гражданские) и придворные и они делились на четырнадцать классов.

В частности для нас интерес представляют следующие чины:
Гражданский чин 3 класса в 1722-1917 - Тайный советник. Придворные чины в 1722 г. - Обер-шталмейстер, с XIX века по 1917 г. - Гофмейстер, гофмаршал, шталмейстер, егермейстер, обер-церемониймейстер. В гвардии (пехота и кавалерия) чин 3 класса с 1748 г. - полковник. В армии (пехота) чин 3 класса в 1722 г. - Генерал-лейтенант, 1730 г. - Генерал-поручик, в 1798 г. и 1884-1917 гг. - Генерал-лейтенант. В Армии (кавалерия) чин 3 класса в 1798 г. и 1884-1917 гг. - Генерал-лейтенант. У казаков чин 3 класса в 1798 г, 1884-1917 гг. - Генерал-лейтенант. Во флоте чин 3 класса в 1722, 1764, 1798, 1884, 1907, 1912-1917 гг. - Вице-адмирал.
IV класс

2. Гражданский чин 4 класса в 1722-1917 гг. - Действительный статский советник. Придворные чины в 1722 г. - Обер-камергер, Обер-гофмейстер, с XIX века по 1917 г. - Камергер. В гвардии (пехота) чин 4 класса в 1722 г. и 1730 г. - полковник, в 1748 г. - подполковник. В гвардии (кавалерия) чин 4 класса в 1748 г. - подполковник. В Армии (пехота и кавалерия) чин 4 класса во все периоды - Генерал-майор. У казаков чин 4 класса в 1798, 1884-1917 гг. - Генерал-майор. Во флоте чин 4 класса в 1722, 1764 г. - Шаутбенахт, 1798, 1884, 1907, 1912-1917 гг. - Контр-адмирал.

Гражданский чин 9 класса в 1722-1917 гг. - Титулярный советник. Придворные чины в 1722 г. - Надворный егермейстер, надворный церемониймейстер, камер-юнкер, обер-кухенмейстер, с XIX века по 1917 г. - Гоф-фурьер. В гвардии (пехота) чин 9 класса в 1722 г. - Лейтенант, в 1730, 1748, 1798-1917 гг. - Поручик. В гвардии (кавалерия) чин 9 класса в 1730, 1748, 1798, 1884-1917 гг. - Поручик. В Армии (пехота) чин 9 класса в 1722, 1730, 1798 - Капитан, в 1884-1917 гг. - Штабс-капитан. В Армии (кавалерия) чин 9 класса в 1798 г. - Ротмистр, в 1884-1917 гг. - Штабс-ротмистр. У драгунов чин 9 класса в 1798 - Капитан. У казаков чин 9 класса в 1798 - Есаул, 1884-1917 г. - Подъесаул. Во флоте чин 9 класса в 1722 г. - Капитан-лейтенант, 1764 г. - Поручик, 1798 - Лейтенант, 1884 г. - Лейтенант, 1907 г. - Лейтенант и ст. лейтенант, 1912-1917 гг. - Лейтенант.

Закон от 9 декабря 1856 г. установил личное дворянство - всем видам служб с IX класса.
Лица, получившие звание камергера после 1809 г., назывались либо просто камергерами (если они входили в установленный в 1826 г. их комплект — 12 человек), либо именовались формулой в звании камергера. На 1840 г. первые имели гражданские чины III и IV классов, вторые — IV класса.

Известно, что 31 декабря 1833 г. звание камер-юнкера получил А. С. Пушкин. И к этому времени А. С. Пушкин имел чин всего лишь титулярного советника (IX класс). А в соответствии с указом Александра I IX класс официально стал нижним рубежом для назначения в камер-юнкеры. Напомним, что А.С. Пушкин служил в Министерстве иностранных дел России.

Теперь обратимся к некоторым интересным историческим документам.

ЗАПИСЬ В КНИГЕ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОЙ ЦЕРКВИ
СПАСА НЕРУКОТВОРНОГО ОБРАЗА, ЧТО ПРИ ГЛАВНЫХ КОНЮШНЯХ
Когда и кто именно помер Первого числа февраля
скончался Двора его императорского величества камер-юнкер титулярный советник Александр Сергеевич Пушкин, 36 лет.
Отчего приключилась смерть От раны
Кем исповеданы и причащены Протоиерей Петр Дмитриевич Песоцкий
Где и кем погребены Псковской губернии Опочецкого уезда в монастыре Святые Горы
Как мы видим в этом прискорбном документе имеется полное соответствие придворному званию и чину. Однако встречаются грубые неточности. Неправильно указана дата смерти. Дата смерти не 01.02.1837, а 29.01.1837.

Рассмотрим другой документ, послужной список А.С. Пушкина.
ПОСЛУЖНОЙ СПИСОК ТИТУЛЯРНОГО СОВЕТНИКА
В ЗВАНИИ КАМЕР-ЮНКЕРА АЛЕКСАНДРА ПУШКИНА. 1837 г.
Из дворян.
От роду имеет 38 лет, в ведомстве Министерства иностранных дел, вероисповедания православного.
Родовое имение Нижегородской губернии, Лукьяновского уезда, 200 душ.
В графе у жены: родовое имение, благоприобретенное, сведения не доставлены.
Обучался в Императорском Царскосельском Лицее. Выпущен из оного и по высочайшему указу определен в ведомство иностранных дел с чином коллежского секретаря 1817 г. июня 13-го.
По высочайшему указу уволен вовсе от службы 1824 г. июля 8-го.
(В особой рубрике к этому прибавлено: “без награждения чином”).
Во время жительства его в Одессе высочайше повелено перевесть его оттуда на жительство в Псковскую губернию, с тем, чтобы он находился под надзором местного начальства. 1824 г. июля 11-го.

По высочайшему указу определен по-прежнему в ведомство государственной коллегии иностранных дел тем же чином. 1831 г. ноября 14-го.
Пожалован в титулярные советники 1831 г. декабря 6-го.
Пожалован в звание камер-юнкера 1833 г. декабря 31-го.
Здесь много небрежностей и неточностей.
Например, в церковной записи указано, что Пушкин умер в 36 лет, в Послужном списке — ему 38 лет, а в самом деле Пушкин умер на 38-м году жизни. Дата смерти не 01.02.1837, а 29.01.1837, и т.п.

А ниже мы приведем важнейший документ, который в большой степени доказывает, какую должность А.С. Пушкин занимал в МИД.
ИЗ ВОЕННО-СУДНОГО ДЕЛА О ДУЭЛИ
Командиру Лейб-гвардии конного полка свиты Его императорского Величества господину генерал-майору и кавалеру барону Мейендорфу оного же полка полковника Галахова
Рапорт.

Вследствие предписания Вашего превосходительства от 2-го числа сего февраля за № 1 произвел я следствие, кто именно прикосновен к делу, дуэли бывшей между поручиком Кавалергардского Ее Величества полка бароном Геккерном и камергером Пушкиным. По объяснениям: поручика Геккерна, писанного мною со слов его и им самим подписанного, и инженер-подполковника Данзаса явствует, что секундантами при дуэли были инженер-подполковник Данзас и чиновник французского посольства виконт Д’Аршиак и что, кроме сих двух лиц, знал о имеющей быть дуэли между поручиком Геккерном и камергером Пушкиным министр Нидерландского двора посланник барон Геккерн. Подлинные объяснения полковника Данзаса и поручика Геккерна при сем Вашему превосходительству представить честь имею.
Февраля 3-го дня 1837.
Полковник Галахов

По причине раны в правую руку барон де Геккерн, будучи не в состоянии сам писать, нижеследующее показание писано с его слов:
27 числа января г. поручик Геккерн действительно дрался на пистолетах с камергером Пушкиным, ранил его в правый бок и был сам ранен в правую руку. Секундантами были со стороны поручика Геккерна виконт д’Аршиак, находящийся при французском посольстве, а со стороны камергера Пушкина инженер-подполковник Данзас. Поручик Геккерн в тот же самый день 27-го января просил виконта д’Аршиака быть его секундантом, который однако ж и прежде сего знал все сношения поручика Геккерна с камергером Пушкиным, до дуэли бывшие.

Место поединка было за Комендантскою дачею близ Новой Деревни, в роще, куда поручик Геккерн с виконтом д’Аршиаком отправились вместе в 4-м часу пополудни. Кроме виконта д’Аршиака и инженер-подполковника Данзаса, знал о дуэли, следующей быть между камергером Пушкиным и поручиком Геккерном, один только усыновивший его министр Нидерландского двора посланник барон Геккерн; а более решительно никто.
Справедливость сего показания свидетельствую.
Февраля 3-го дня 1837.
поручик барон Геккерн.

Вследствие предписания Вашего высокоблагородия честь имею донести, что я точно был свидетелем со стороны камергера Пушкина, при дуэли, произошедшей между им и лейб-гвардии Кавалергардского полка поручиком Геккерном, 27-го января в 5-м часу пополудни за Комендантской дачей. Кроме меня и секретаря Французского посольства виконта д’Аршиака, бывший секундантом у поручика Геккерна, при дуэли никто не находился, и, сколько мне известно, кроме присутствующих, знал об ней один только министр Нидерландского двора барон Геккерн, но так как я узнал о дуэли в тот же самый день и имел переговоры с виконтом д’Аршиаком только касательно условий самой дуэли, то мне и неизвестна мера их прикосновенности по сему предмету.
Февраля 3-го дня 1837.
Подполковник Данзас.

Уточним, что поручик Геккерн имел полное имя Георг Де-Геккерен (Дантес).
Из этих документов мы видим, что проводивший расследование дуэли Полковник Галахов и сам дуэлянт Геккерн были уверены, что А. С. Пушкин имеет придворное звание камергера.
И в последствии это звание камергера подтверждается в объяснительной Геккена:
Зовут меня Георгий барон Геккерн, от роду имею 25 лет, воспитан я в Французском королевском военном училище, в коем приготовлен военным наукам.
Веры римско-католической, у святого причастия был 7-го января сего 1837 года.
В службу Его императорского Величества вступил я 8-го февраля 1834 года из французских дворян, уроженец из Кольмор-Эльзас, присяга мною учинена только на верность службы, имение имею за родителями недвижимое в Эльзасе.

Во время нахождения моего на службе января 28-го 1836 года из корнетов произведен в поручики, в штрафах по суду и без оного равно и под арестом не бывал.
Дуэль учинена мною с камергером двора Его императорского Величества Пушкиным 27-го числа минувшего января в 5 часов пополудни, за Выборгскою заставою близ Новой Деревни в роще за Комендантскою дачею, на пистолетах; причина же, побудившая меня вызвать его на оную, следующая: в ноябре м-це 1836 года получил я словесный и беспричинный камергера Пушкина вызов на дуэль, который мною был принят; спустя же некоторое время камергер Пушкин без всякого со мною объяснения словесно просил Нидерландского посланника барона Геккерна передать мне, что вызов свой он уничтожает, на что я не мог согласиться потому, что, приняв беспричинный вызов его на дуэль, полагал, что честь моя не позволяет мне отозваться от данного ему мною слова; тогда камергер Пушкин по требованию моему назначенному с моей стороны секунданту, находящемуся при Французском посольстве гр. д’Аршиаку дал письмо, в коем объяснял. Что он ошибся в поведении моем и что он более еще находит оное благородным и вовсе неоскорбительным для его чести, что соглашался повторить и словесно, с того дня я не имел с ним никаких сношений, кроме учтивостей.

Января 26-го Нидерландский посланник барон Геккерн получил от камергера Пушкина оскорбительное письмо, касающееся до моей чести, которое якобы он не адресовал на мое имя единственно потому, что считает меня подлецом и слишком низким. Все сие может подтвердиться письмами, находящимися у Его императорского Величества.

Обо всем вышеобъясненном, кроме Нидерландского посланника барона Геккерна, получившего означенное письмо, и находящегося при Французском посольстве бывшего с моей стороны секундантом графа д’Аршиака, никто не знал: советов к совершению или отвращению оной по случаю оскорбления меня ни от кого не принимал и прежних сношений инженер-подполковника Данзаса с камергером Пушкиным я никаких не знаю, кроме того, что только видел его на месте дуэли, к сему присовокупляю, что реляция всего учиненного нами дуэля вручена вышеупомянутым секундантом моим при отъезде его из С. Петербурга камергеру князю Вяземскому, который до получения оной о имеющей быть между нами дуэли ничего не знал.
6 февраля 1837.

Геккерн руку приложил.
И на основании расследования дуэли выносится следующий приговор суда:
Комиссия военного суда, соображая все вышеизложенное, подтвержденное собственным признанием подсудимого поручика барона Геккерна, находит как его, так и камергера Пушкина виновными в произведении строжайше запрещенного законами поединка, а Геккерна и в причинении пистолетных выстрелов Пушкину раны, от коей он умер, приговорила подсудимого поручика Геккерна за такое преступное действие по силе 130 артикула воинского сухопутного устава и других под выпискою подведенных законов повесить, каковому наказанию подлежал бы и подсудимый камергер Пушкин, но как он уже умер, то суждение его за смертию прекратить, а подсудимого подполковника Данзаса, хотя он и объясняет Комиссии, что при изъявлении согласия быть посредником при вышеобъявленном происшествии спрашивал секунданта с противной стороны графа д’Аршиака, не имеет ли средств к примирению ссорящихся миролюбно, который отозвался что нет никаких, но как не поступил по всей силе 142 воинского артикула, не донес заблаговременно начальству о предпринимаемом ими злом умысле и тем допустил совершиться дуэли и самому убийству, которое отклонить еще были способы, то его Данзаса по долгу верноподданного, не исполнившего своей обязанности, по силе 140 воинского артикула повесить. Каковой приговор подсудимым поручику барону Геккерну и инженер-подполковнику Данзасу объявить и объявлен, а впоследствии над ними конфирмации на основании доклада генерал-аудитора князя Салагова от 18 июля 1802 года содержать под строгим караулом.
Впрочем таковой свой приговор представляет на благоусмотрение высшего начальства.

Приговор комиссии военного суда.
1837 года февраля 19 дня.
Вот в этом интереснейшем историческом документе имеется очень важная деталь:
«приговорила подсудимого поручика Геккерна за такое преступное действие по силе 130 артикула воинского сухопутного устава и других под выпискою подведенных законов повесить, каковому наказанию подлежал бы и подсудимый камергер Пушкин, но как он уже умер, то суждение его за смертию прекратить…». Выходит, что А.С. Пушкин будучи гражданским лицом попадал под действие 130 артикула воинского сухопутного устава! Но в соответствии с российским законодательством дела гражданских лиц не могли рассматриваться на основании воинского устава. Но этого сделано не было, так как не хотели привлекать к расследованию столь щекотливого дела гражданских лиц. Резонно возникает и другой вопрос? А может быть это вызвано тем, что А.С. Пушкин был военным или особо секретным государственным служащим, освещение деятельности которого не желательно для государства? То, что А.С. Пушкин является камергером подтверждается и в мнении КОМАНДИРА КАВАЛЕРГАРДСКОГО ЕЕ ВЕЛИЧЕСТВА ПОЛКА Свиты Его Величества генерал-майора Гринвальда от 1837 года февраля 27 дня по поводу дуэли. А также в мнении НАЧАЛЬНИКА ГВАРДЕЙСКОЙ КИРАСИРСКОЙ ДИВИЗИИ ГЕНЕРАЛ-АДЪЮТАНТА ГРАФА АПРАКСИНА от Марта 3-го дня 1837 года.

До этих пор во всех официальных документах по расследованию обстоятельств дуэли везде упоминалось, что А. С. Пушкин был камергером. И только после того, как документы о расследовании дуэли, в том числе и приговор военного суда, попали к Николаю I, камергер, придворная должность А.С. Пушкина, в последующих официальных документах была изменена на камер-юнкера! Приведем и этот документ:
Государь Император изъявив Высочайшую волю о суждении военным судом Кавалергардского ее Величества полка поручика барона Геккерна и камер-юнкера Пушкина за произведенную ими дуэль, равно и прикосновенных к сему делу, вместе с тем повелеть соизволил, что ежели между сими последними окажутся лица иностранные, то не делая им допросов и не включая в сентенцию суда, представить об них особую записку с означением только меры их прикосновенности.

Во исполнение сего представляя Вашему сиятельству доклад генерал-аудитора о поручике Геккерне и бывшем секундантом у Пушкина инженер-подполковнике Данзасе, имею честь приложить к оному особую записку, за подписанием генерал-аудиториата, о мере прикосновенности к сему делу иностранных лиц: Нидерландского министра барона Геккерна и состоявшегося при Французском посольстве виконта д’Аршиака.
17 марта 1837
Генерал-аудитор Ноинский
Очевидно, что Николай I сильно перепугался, что к расследованию дел будут привлечены иностранцы. Заметьте, что в тексте Генерал-аудитора Ноинского указано, что Николай I запретил допрашивать иностранцев по поводу этой дуэли. Это странно, и похоже, что Николай I, зная об участии в организации дуэли высокопоставленных иностранцев, стремился не допустить, чтобы полиция заподозрила их. Дело в том, что в случае допросов они могли сообщить сведения, изобличающие истинных организаторов этой трагической дуэли. Вероятно, в результате таких допросов могло выясниться, что А.С. Пушкина хотели убить, так как он обладал важнейшей государственной информацией, которая могла скомпрометировать лиц царской фамилии. Не дай бог полиция или III отделение возьмет какого-то иностранца, а он сообщит о подлинных причинах дуэли и о том, кто распространял фальшивые письма о поэте и его жене.

Косвенно эти выводы подтверждаются и тем, что после смерти А.С. Пушкина жандармы изъяли тетрадь с его записями под N 1 и не вернули родственникам. Она бесследно исчезла. Известный историк и чиновник при особых поручениях при министре внутренних дел Л. А. Перовском предполагал, что в них могли содержаться сведения государственной важности. Какие записи были в ней, что так взволновали III отделение ЕВСК, и почему после следствия её не отдали родственникам, сейчас можно только предполагать. Но несомненно, они содержали сведения, которые серьезно затрагивали интересы государства, а может быть даже и самого Императора.

И вот с этого времени во всех официальных документах А.С. Пушкина называли камер-юнкером:
В ПРАВИТЕЛЬСТВУЮЩИЙ СЕНАТ ВОЕННОГО МИНИСТРА
РАПОРТ
Генерал-аудиториат по рассмотрении военно-судного дела, произведенного над поручиком Кавалергардского Ее Величества полка бароном Егором Геккерном, нашел его виновным в противозаконном вызове камер-юнкера двора Его Императорского Величества Александра Пушкина на дуэль, и в нанесении ему на оной смертельной раны. К чему было поводом то, что Пушкин, раздраженный поступками Геккерна, клонившимся к нарушению семейственного его спокойствия, и дерзким обращением с женою его, написал к отцу его, Геккерна, министру Нидерландского двора барону Геккерну письмо с оскорбительными для чести их обоих выражениями. — А потому генерал-аудиториат, соображаясь с воинским 139-м артикулом и Свода Законов тома XV-го статьею 352-ю, полагал: его, Геккерна, за вызов на дуэль и убийство на оной камер-юнкера Пушкина, лишив чинов и приобретенного им российского дворянского достоинства, написать в рядовые с определением на службу по назначению Инспекторского департамента. С сим заключением поднесен был Государю Императору от генерал-аудиториата всеподданейший доклад, на котором в 18-й день сего марта последовала собственноручная Его Величества высочайшая конфирмация:
“Быть по сему, но рядового Геккерна как не русского подданного выслать с жандармами за границу, отобрав офицерские патенты”.

Сделав распоряжение по воинской части о приведении сей высочайшей конфирмации в надлежащее исполнение, имею честь донести об оной Правительствующему Сенату.
Подписал военный министр граф Чернышев
19 марта 1837.
Возникает резонный вопрос: почему же в результате расследования дуэли была так сильно понижена придворная должность А.С. Пушкина? Вероятно, здесь кроется небольшая юридическая деталь, которая была связана с придворной должностью камергера. Дело в том, в соответствии с действующими тогда правилами по достижении человеком звания камергера III класса (тайного советника) он автоматически лишался его, но сохранялось предыдущее звание камер-юнкера. Это обеспечивало ему возможность свободно посещать дворец и встречаться с представителями царствующего дома. Поэтому А. А. Половцов в разговоре с Александром III имел основания сказать: «У нас в России всегда будет сильно слово того человека, который имеет к вам личный доступ». Такого же мнения придерживался и О. Бисмарк, который утверждал: «То, чего я достиг, я достиг скорее как камергер, чем как министр».

Немаловажным фактором являлось то, что придворное звание гарантировало его обладателю причисление его к одному из подразделений Министе;рства Импера;торского Двора; и уделов, государственному органу Российской империи, учрежденному 22 августа (3 сентября) 1826 г. Это был особый орган в государстве, и его деятельность была вне контроля высших государственных учреждений. В основном он финансировался из государственного бюджета и дорого обходился казне.

О финансировании этого министерства рассказывает в своих воспоминаниях С.Ю. Витте, который был министром финансов России: «По закону смета Министерства двора должна была рассматриваться в Государственном совете на общем основании», но «на практике расходы эти регулировались соглашением» между министрами двора и финансов, а «затем Государственный совет принимал цифру, сообщенную министром финансов».
В 1897 г., вскоре после назначения министром двора барона В. Б. Фредерикса, С.Ю. Витте получил, как он писал, «от него... высочайшее повеление, отменяющее законы и устанавливающее такой порядок относительно сметы Министерства двора: смету эту составляет и представляет на утверждение государя министр двора, а затем сообщает общую цифру министру финансов, который должен внести именно эту цифру без обсуждения в Государственном совете в государственную роспись… Государь повелевает, чтобы сие высочайшее повеление не обнародовали, дабы не возбудить толков, а чтобы при кодификации законов, т. е. печатании нового издания, были соответственно изменены соответствующие статьи».

Как можно заметить из этих воспоминаний, российские императоры могли по своему усмотрению менять без широкой огласки важнейшие статьи закона. Что там говорить о проведении следствия в отношении тех лиц, которых Николай I не хотел его вести.
Таким образом, расхождение в сведениях о придворных должностях А.С. Пушкина можно объяснить только тем, что ему был присвоен гражданский чин третьего класса - чин тайного советника! Это соответствовало в те времена ни много, ни мало военному чину генерал-лейтенанта! Представляете, какой бы шум подняла общественность России, узнай она, что на дуэли был убит тайный советник, да еще МИД. Вряд ли тогда Николай I смог бы выпустить барона де Геккерена из России. Но более всего, несомненно, Николай I боялся продолжения расследования, в результате которого могла бы выясниться некоторая достаточно «деликатная» его деятельность в России. А возможно, и обнаруженная во время следствия информация, которой владел А.С. Пушкин, была бы крайне нежелательно для Николая I.

Выдворение человека, которого сначала приговорили к высшей мере наказания, а потом, помиловав, отпустили, очень напоминает юридическую процедуру выдворения разведчиков по просьбе той страны, с которой не хотят портить дипломатические отношения. По-другому вряд ли это можно объяснить.
А теперь попробуем разобраться, какую должность мог занимать чиновник, имевший чин III класса в МИД России того времени.

В начале XIX века в России Александр I провел реорганизацию высшего государственного управления России, и вместо коллегий были учреждены министерства. Одновременно его именным манифестом министрам министерств было указано немедленно образовать канцелярии в министерствах. Созданная канцелярия МИД подразделялась на четыре экспедиции.
Первая экспедиция ведала азиатскими делами, вторая – перепиской с Цареградской миссией и всеми внутренними делами, третья – «перепиской на французском языке с министрами в чужих краях и внутри государства», а также выдачей заграничных паспортов, четвертая – нотами и записками от иностранных министров. Каждую экспедицию возглавлял управляющий в должности коллежского советника (соответствовал чину VI класса).

Также в МИД были организованы и три секретные экспедиции. Первая – цифирная (шифровальная). Вторая – цифирная (дешифровальная) и третья экспедиция – газетная (служба перлюстрации) и архива. Впоследствии экспедиции были преобразованы в отделения с повышением ранга управляющих. В 1832 г. Николай I реорганизовал центральное управление МИД. Были образованы департаменты. Департамент Внутренних сношений, Департамент хозяйственных и счетных дел и Департамент внешних сношений, который объединил секретные экспедиции и архив министерства.

С 1832 г. должность правителя канцелярии исполнял Е. А. Кудрявский. А с 1835 г. стал её директором. Секретной экспедицией (шифры и литография) заведовал ближайший друг А. С. Пушкина П. Л. Шиллинг фон Канштадт, тайный советник (чин III класса). Немногие при жизни П. Л. Шиллинга фон Канштадта знали, что он был руководителем шифровальной службы России. Было только известно, что он состоит на ответственной службе в МИД.
Царским указом было запрещено публично упоминать о подобных лицах. Курировал Департамент внешних сношений МИД из-за его особой важности непосредственно начальник III отделения Его Величества Собственной Канцелярии А.Х. Бенкендорф. И все важнейшие дела этого департамента подлежали обязательному с ним согласованию. Фактически в те времена Департамент Внешних Сношений МИД выполнял и функции внешней разведки. Такие, как, например, сейчас Служба Внешней Разведки (СВР) России.

Была еще интереснейшая особенность. Выезд сотрудников этого наисекретнейшего Департамента за рубеж был строго запрещен царем.
Напомним, как А.С. Пушкин поступал на государственную службу.
9 июня 1817 года воспитанник Царскосельского лицея А.С. Пушкин, выпущенный в свет чиновником X класса в звании коллежского секретаря, получил назначение в Государственную Коллегию иностранных дел на должность переводчика с денежным содержанием семьсот рублей в год.
15 июня 1817 г. он дал присягу Александру I и ознакомился с содержанием документа Коллегии от 5 марта 1744 года о неразглашении служебной тайны, а также с указом Петра I «О присутствующих в Коллегии иностранных дел, о порядке рассуждения по делам особенной важности и по бумагам текущим и о назначении числа чиновников с распределением должностей между ними». После этого он подписал документ об озакомлении, что являлось необходимой процедурой для получения доступа к секретным документам.

В настоящее время подобная процедура существует в государственных организациях России, в которых ведется секретная работа и переписка. Коллегия иностранных дел была создана Петром Великим 13 февраля 1720 года для выполнения, прежде всего, разведывательных задач. В книге «Очерков по истории российской внешней разведки» под редакцией академика Е.М. Примакова подробно рассказано о деятельности Коллегии иностранных дел России, предшественнице иностранного отдела ВЧК-ОГПУ, Первого главного управления КГБ СССР и нынешней Службы внешней разведки России. Это было единственное учреждение, подчинявшееся не Сенату, а непосредственно Александру I.

Теперь понятно,что при таком высоком уровне секретности работ сотрудники этого Департамента получали разрешение на выезд за границу только лично у Императора. Вот, возможно, самая вероятная причина, почему А.С. Пушкину никогда не разрешали выезжать за границу! Его друзья бывали во многих странах, и поэт в своих письмах часто писал о своем желании побывать за границей. Но ему всегда отказывали, ведь ранг тайного советника Третьего класса соответствовал по меньшей мере должности старшего советника в МИД и был не ниже должности самого П.Л. Шиллинга фон Канштадта, руководителя криптографической службы России. Естественно, такого уровня сотрудники были осведомлены обо всей деятельности секретного подразделения МИД, так как входили в его руководство. Несомненно, в архивах МИД хранились и особо секретные документы, и к ним имело допуск ограниченное число людей. Среди них был и А.С. Пушкин.

Теперь понятна реакция Николая I, который стремился как можно быстрее замять скандал с дуэлью А.С. Пушкина. Ведь могла выясниться, что иностранцы инициировали убийство, а потом еще и скомпрометировали, одного из руководителей самого секретного Департамента МИД, состоявшего в должности тайного советника – генерал-лейтенанта.
Попробуем доказать это. Первый путь это определить, какой же оклад получал А. С. Пушкин на государственной службе, и кто имел такие оклады в аналогичных ведомствах.
14 ноября 1831 года был издан высочайший указ: «Государь император высочайше повелеть соизволил: отставного коллежского секретаря Александра Пушкина принять на службу тем же чином и определить его в государственную Коллегию Иностранных Дел».
А 6 декабря 1831 года вышел другой императорский указ: «Государь император всемилостивейше пожаловать соизволил состоящего в ведомстве Гос. Коллегии Иностр. Дел колл. секр. Пушкина в титулярные советники».

4 июля 1832 года, через полгода службы А. Пушкина в Коллегии Иностранных Дел, глава МИД России К.В. Нессельроде подает рапорт на имя Николая I: «Г.-а. Бенкендорф объявил мне высочайшее повеление о назначении из государств. Казначейства жалованья тит. сов. Пушкину. По мнению г.-а. Бенкендорфа, в жалованье Пушкину можно было бы положить 5.000 руб. в год. Я осмеливаюсь испрашивать по сему высочайшего повеления в. и. В-ва». На рапорте написано: «Высочайше повелено требовать из гос. Казначейства с 14 ноября 1831 года по 5 000 руб. в год на известное его императорскому величеству употребление, по третям года, и выдавать сии деньги тит. сов. Пушкину».
Удивительная щедрость царя к недавно опальному А. Пушкину. Ведь Сумма положенного ему оклада семикратно превышала ставки чиновников подобного ранга. Попытаемся разгадать эти странные загадки.

А.С. Пушкин поступил в МИД 14 ноября 1831 г. и получал зарплату, соответствовавшую его должности титулярного советника. Через восемь месяцев руководитель МИД К.В. Нессельроде неожиданно получил указание А.Х. Бенкендорфа, руководителя другого государственного ведомства, важнейшей функцией которого было обеспечение безопасности государства, о многократном повышении оклада А.С. Пушкина.

Это было возможно, если МИД и III отделение проводили совместную секретную работу, в результате которой А.С. Пушкин показал свои блестящие способности и содействовал успеху России в разгроме опаснейшего врага. А что было самым опасным для царизма? Несомненно это восстания или бунты, организованные людьми из ближайшего окружения Императора и которые имели шанс претендовать на престол. Возникает вопрос, какие события происходили в тот период в России. Несомненно, это Польское восстание, которое началось в 1830 г. и поставило под угрозу целостность Российской Империи.

Окончательное подавление этого восстания завершилось введением Николаем I 14(26) февраля 1832 года в Петербурге конституционного статута Царства Польского, «Органического статута», согласно которому Царство Польское объявлялось частью России, был упразднен сейм и польское войско.
Что мог использовать А.С. Пушкин, чтобы содействовать подавлению этого мятежа? Несомненно, свои выдающиеся лингвистические способности, которые высоко оценили литераторы тех лет. Всем известно, что способности и знания лингвистов крайне необходимы криптографам для успешного дешифрования переписки противника!

Вероятно, совместная успешная работа П.Л. Шиллинга фон Канштадта и А.С. Пушкина по дешифрованию шифров польских мятежников, в частности организаторов этого заговора, и могла быть главной причиной такого значительного повышения оклада А.С. Пушкина. И не только оклада, но и должности. В виду особой секретности его работы было решено не афишировать её. Косвенным подтверждением того, что благодаря А.С. Пушкину, возможно, были разоблачены главари бунта, является то, что для написания истории Пугачевского бунта Пушкин получил от Бенкендорфа 40 тысяч рублей серебром (или 160. 000 рублей ассигнациями). В современных ценах это около 40.000.000 долларов США! Разве кто-нибудь из историков СССР получал такие суммы, например, для изучения истории Великой Отечественной войны? Конечно, нет. Как часто это бывает в истории спецслужб, данные ассигнования были выделены и для проведения других работ, которые были крайне необходимы спецслужбе России.

Сейчас мы можем только предполагать, какие это были цели. Вероятнее всего для изучения архивных материалов России и обнаружения лиц, причастных к царским переворотам и связанным с Англией. Может быть, на эту мысль их навели многочисленные шифровки, которыми обменивались Великий князь Константин Николаевич и премьер-министр Англии. Тогда становится понятной и причина смерти Великого князя Константина Павловича. Официальная версия – от холеры. Но его скоропостижная смерть напоминает больше отравление мышьяком. Симптомы отравления - те же и определить точно причину недуга невозможно. Предателей из царской фамилии не принято судить. Порой их ликвидируют с помощью яда.


Вторая причина. Всем известно, что Николай I при своем правлении ввел во многие гражданские ведомства почти военную субординацию и сам лично контролировал многие назначения на государственные посты с соблюдением всех процессуальных норм, связанных с приемом. Поэтому 6 декабря 1826 г. Николай I распорядился об образовании особого комитета, основной задачей которого было выяснение, и предварительное рассмотрение первоочередных мер по улучшению государственного управления и сословной структуры страны. Комитет составили шесть особо приближенных к императору членов Государственного совета: граф В. П. Кочубей (председатель), граф В. И. Васильчиков, князь А. Н. Голицын, барон И. И. Дибич и М. М. Сперанский: правителем дел был назначен статс-секретарь Н. И. Бахтин. Работа комитета продолжалась пять лет (в марте 1832г. он был упразднен).

Как мы выше говорили Департамент Внешний сношений МИД был особым департаментом. И его деятельность можно приравнять к деятельности III отделения Его Императорского Величества Собственной Канцелярии. Рассмотрим, а какие же в этом самом грозном и наиболее приближенном к Императору были оклады у его сотрудников? 28 ноября 1831г. после беседы с начальником III отделения Бекендорфом вышел высочайший указ Николая I о зачислении статского советника Адама Сагтынского чиновником «для особых поручений» с ежегодным окладом пять тысяч рублей. Напомним, что статский советник соответствовал V чину. Но мы рассмотрели оклады самых привилегированных к Императору учреждений, которые фактически составляли его разведку. И не удивительно, что чиновники, которые выполняли функции разведки имели оклады намного выше, чем в остальных ведомствах. Например, оклад Директора Департамента Министерства внутренних дел составлял 3000 рублей в год, а начальник архива министерства внутренних дел 1200 рублей в год.

А дальше для сравнения с А. Пушкиным проследим служебный путь Адама Сагтынского в III отделении Его Императорского Высочества Собственной канцелярии. Всего он прослужил в III отделении 23 года и получил в 1848г. второй генеральский чин - тайного советника. И был отмечен орденом святой Анны 1-й степени. А до своей службы в III отделении он 15 лет отслужил на государственной службе о чем сообщал в подписанного на него аттестате генерал Д. Курутой : «… В продолжении свыше пятнадцати летнего времени вел себя всегда беспорочно и весьма достохвально, продолжал служение с отличным усердием, рвением, рачительностью и знанием; все возлагаемые на него поручения исполнял с успехом для службы, чем обратил на себя внимание начальства, а наипаче Блаженной памяти Цесаревича, по повелению которого употребляем был по секретным и другим важным делам, требовавшим расторопного и благонадежного чиновника». Лестная характеристика.

Какие же функции выполнял А. Салтынский в III отделении? Фактически он был первым руководителем российской разведки, которая действовала в составе III отделения. И был в ней третьим человеком после знаменитого Бенкендорфа! В связи с этим многократно выезжал за рубеж. Организовывал там работу тайных агентов. Но главной его зарубежной деятельностью по указанию Николая I было размещение в газетах и журналах европейских стран статей, разоблачающих несостоятельность обвинений эмигрантов по адресу России, её Императора и его политики в царском Польском. Видите, какую главную задачу видел Николай I для свой внешней разведки? Контрпропаганду за рубежом! 20 июля 1856г. 71 –летний А. Сагтынский подал в отставку. 46 лет он послужил государственной службе.

Ему была назначена пенсия в размере 2914 рублей 58 копеек серебром. Чуть позже уже военное ведомство сочло возможным предоставить ему дополнительную пенсию в размере 700 рублей серебром. Заметьте важную деталь. Для высших сотрудников разведки Императора могли назначить суммарную пенсию по двум государственным ведомствам, в которых они проходили службы. Таким образом суммарная пенсия А. Сагтынского составила, если пересчитать в ассигнации ( 1 серебряный рубль примерно равнялся 0.27 рублей ассигнациями), то получится его пенсия будет равняться 10.000 рублям.

А теперь рассмотрим пенсию, которую начислили вдове А. Пушкина после его смерти 10.000 рублей. Удивительное совпадение. А теперь обратимся к законодательству тех лет. В соответствии с законом, если чиновник прослужил на государственной службе более 35 лет, то ему полагается пенсия в размере 100% от его оклада. Если 25 лет то 50%. А вдова А. С. Пушкина Наталья получила пенсию точно такого размера, как А. Сатынский за свои 48 лет службы и ушел на пенсию с должности III человека самого могущественной и наиболее приближенной к императору организации России. Как могла произойти начисление такой огромной государственной пенсии? Хотя всем известно, что государственная служба

А. Пушкина составляла меньше 10 лет. И ему не полагалась вообще пенсия. Это могла произойти только в одном случае. Если государственный чиновник погиб на служебном посту, выполняя особое задание самого Императора! Тогда полагалось, в независимости от срока прохождения государственной службы, начисление пенсии в размере последнего оклада погибшего чиновника, а также денежная компенсация вдове и ближайшим родственникам погибшего. В принципе, и в настоящее время происходят аналогичные выплаты в случае внезапной гибели государственного служащего. И в настоящее время, если государственный чиновник, занимающий крупные государственные должности погибает во время выполнения своих служебных обязанностей, то его семье государство выплачивает крупные единовременные пособия в зависимости от его оклада.

Размеры этих выплат могут достигать нескольких окладов погибшего государственного служащего. Посмотрим какие же выплаты были произведены вдове А. Пушкина? За счет казны была погашена ссуда А. Пушкина в размере 45.000 рублей. Выдано вдове единовременное пособие в размере 50.000 рублей для того, чтобы напечатать сочинения А. Пушкина, прибыль от которого должна быть направлена на учреждение капитала покойного. Два сына А. Пушкина были зачислены в самое привелигерованное училище России – Пажеский корпус. И каждому сыну была начислена пенсия в размере 1200 рублей в год. И это помимо пенсии вдове А. Пушкина.

Могло ли быть такие высокие пенсии выданы государственному служащему, который осмелился нарушить законы российского государства путем участия в запрещенной законом дуэли? А потом после дуэли фактически осужденным судом. Конечно, нет. Строгие законы российской империи полностью исключали это. И только вмешательство Николая I, который знал об истинных целях дули А. Пушкина, которая была крайне необходима для России, позволило законодательно приравнять гибель А. Пушкина на дуэли к гибели государственного служащего, выполняющего особые поручения императора.

Поэтому и выплата пенсий родственникам скончавшегося А. Пушкина в размере полного его оклада и большие единовременные выплаты. Многие рассуждения исследователей А. Пушкина по этому вопросу не в вполне логичны, так не опираются на действующее в то время законодательство России. Таким образом, следуя нашим рассуждениям мы можем предположить, что А. С. Пушкин занимал по своей значимости третью должность в МИД России. Естественно, оглашение его реальной должности, да еще во время дуэли могла породить множество различных слухов, которые могли нанести ущерб национальным интересам России.
Возможно, в связи с этим родилась масса слухов о А.С. Пушкине и его жене, чтобы представить дуэль, как сведение счетов приревновавшего мужа. С этой целью и были созданы и преданы огласке различные фальшивые документы, подлинность которых так и никто и не установил.

Если бы обнародовали настоящую должность А.С. Пушкина, которую он занимал в МИД, вряд ли даже при абсолютной монархии в России Николай I смог бы остановить расследование истинных причин смерти поэта. Несомненно, занимая руководящую должность в таком секретном Департаменте МИД, А.С. Пушкин много знал об отношениях и противоречиях России со многими странами, в первую очередь Англией, Францией, Пруссией и Австрией. Не исключено, что ему было известно и об очень деликатных миссиях сотрудников МИД за рубежом, в ходе которых они предоставляли России ценную информацию.

Видимо знал А.С. Пушкин, что в высшем руководстве страны имеется человек, который работает на зарубежную разведку и тесно связан с Дантесом! Не об этом ли шел разговор на конфиденциальной встрече незадолго до дуэли между Николаем I и А.С. Пушкиным?
Естественно, что российские государи никогда не могли допустить мысль о том, что в их царской семье были предатели. Впрочем, как и среди членов Политбюро ЦК КПСС. Вот и нашел выход А.С. Пушкин принять вызов Дантеса на дуэль, чтобы спровоцировать проведение судебного разбирательства против Дантеса вопреки воле Николая I. В результате выяснилось бы, на какую страну и по чьему заданию он проводит разведывательную деятельность в России. Кроме того, стало бы известно, кто в царской семье ему покровительствует. Этим и объясняется то, что он так быстро подошел к барьеру во время дуэли, давая Дантесу невероятную возможность его убить.

А.С. Пушкин прекрасно знал, что Дантес, выпускник одного самых привилегированных военных училищ, был одним из лучших стрелков Франции. В июне 1830 г. во Франции во время «олимпийских игр» сенсирцев - стрельбы по живой мишени (это особый вид модной голубиной охоты, на которой присутствовала многие члены королевской семьи) он выиграл первенство и получил чеканный кубок и королевский приз — зачисление в состав личных пажей герцогини Беррийской! А человек крупнее голубя.

Высочайшая гражданская ответственность А.С. Пушкина проявилась в его самоотверженном акте - дуэли с потенциальным врагом, который, возможно, имел далеко идущие планы по внедрению в высшие круги власти в России с целью последующего влияния на них в интересах третьих стран. Вероятнее всего, одной из них была Англия.
А.С. Пушкин выбрал такой путь самопожертвования. Поступить по-другому он не мог.
Представьте, современный читатель, если бы кто-то из МИД СССР в 1980-х годах открыто заявил, что один из членов Политбюро работает на иностранную разведку, и представил бы весомые доказательства. Вероятнее всего, его поместили бы в психиатрическую больницу, или он не доехал бы до своего дома в результате «случайной» катастрофы. А этот член Политбюро, возможно, так бы и продолжал работать «на благо Родины».

Главное для Императоров России и лидеров Коммунистической партии СССР - не внешние враги, а внутренние, которые, по их мнению, и могли отобрать у них власть. А вот это для них было самое страшное. В борьбе за неё они готовы были даже пойти на сговор с зарубежными врагами.

http://www.proza.ru/2009/12/02/984
 

VicRus

Administrator
#2
.
Станислав Тарасов: МИД Российской империи: Пушкин - масоны - разведка

В мае 2010 года в мемориальной квартире Александра Сергеевича Пушкина на Арбате журналистам был представлен неизвестный ранее так называемый "нетворческий" автограф поэта - подпись в подорожной тетради. Находку в фондах Центрального исторического архива Москвы совершила старший научный сотрудник Государственного литературного музея Светлана Бойко. В тетради для записи прихода и расхода подорожных бланкетов она нашла запись от 27 июля 1830 года: "До Казани Коллежскому Асессору Александру Пушкину с будущим 2 лошади, 829 верст. 3 р. 16 коп". В последней графе стоит подпись: "Подорожную получил коллежский асессор Александр Пушкин". Бойко сразу узнала почерк поэта. Находка автографа величайшего русского поэта - огромная удача для исследователя. Но не сенсация. Историки подсчитали: Пушкин исколесив более 35 тысяч верст отечественных дорог. Неожиданность - в другом. О поездке Пушкина в 1830 году в Казань исследователям ничего не известно. Согласно тщательной выверенной академической биографии поэта, в Казани он окажется только в 1833 году, когда будет работать над историей Пугачева. А в конце июля 1830 года Пушкин по всем раскладам должен был быть в Петербурге. Это - во-первых. Во-вторых, в подорожной тетради указан чин поэта - коллежский асессор (VIII класс), в то время как Пушкин вроде бы числился коллежским секретарем - на два чина ниже.

Автор этих строк связался со С. А. Бойко с целью разъяснить возникшую историческую коллизию. Она заявила, что склоняется к мнению, что станционный чиновник допустил ошибку при записи в тетради чина, а поэт, расписываясь в получении подорожной, ее "сознательно повторил". "Помните слова из незаконченного пушкинского "Романа в письмах", - уверяла нас Светлана Бойко. - "чины в России необходимость хотя бы для одних станций, где без них не добьешься лошадей". При этом мы узнали, что в настоящее время "со скрипом" проводится экспертиза обнаруженного автографа поэта. К тому же появились скептики, которые считают: подорожную в Казань мог получить брат Пушкина Лев, который и расписался за поэта. Конечно, можно представить, что Александр Пушкин с целью быстрее получить лошадей на станции указал "чин повыше". Но представить подобное все же сложно. Даже если принять версию, что подорожную вместо Александра Пушкина подписал его брат Лев, все равно обнаруженный Светланой Бойко автограф вызывает немало гипотез.

Для того, чтобы как-то прояснить ситуацию автор приступил к поиску в архивах страны оригинала еще какого-нибудь подорожного документа поэта в сопоставимые сроки для уточнения хотя бы чина поэта. Известно, к примеру, что в конце апреля 1829 года Пушкин предпринял путешествие в Арзрум, и как, утверждают исследователи, 4 марта 1829 года ему выдали подорожную в канцелярии петербургского военного губернатора. Но оригинала этого документа в архивах нет. Правда, заместитель директора Государственного архива Ставропольского края Е.И. Сеничкина прислала нам вырезку из газеты "Ставропольская правда" от 9 февраля 2007 года, в которой имеется факсимиле текста подорожной, действительно выданной поэту санкт-петербургским почтовым директором Константином Булгаковым. Приведем ее текст: " Г. чиновнику 10 класса Александру Сергеевичу Пушкину, едущему от Санктпетербурга до Тифлиса и обратно предписано Почтовым местам и Станционным смотрителям давать означенное в подорожной число почтовых лошадей без задержания, и к приезду оказывать всякое содействие". Напомним, что подорожная - письменное свидетельство, необходимое для проезда по почтовым дорогам империи. Она выдавалась губернскими или уездными властями и удостоверяла, во-первых, личность, что заносилось в специальный журнал на каждой станции, во-вторых, возможность получить на почтовой станции зависевшее от чина и звания проезжающего определенное количество лошадей. И вновь историческая загадка: на оборотной стороне подорожной Пушкина для проезда в Тифлис сделана приписка: "Сие предписание в Командантском управлении при Горячих минеральных водах явлено и в книгу под 109-й, записано 8 Сентября 1829 года. В должности плац-адъютант подпоручик Войтикович". Это означает, что Пушкин предъявил подорожную только на обратном пути из Тифлиса в Санкт-Петербург. А в Тифлис, на кавказский театр военных действий во время русско-турецкой войны 1828-1829-х годов, он пробирался без предъявления необходимых документов. Проделать такое было невозможно без специальных санкций высшего военного командования или разрешения управляющих Кавказским краем сановников. Но и в этом случае не все выглядит однозначно. 12 мая 1829 года начальник штаба армии Паскевича барон Остен-Сакен сообщал военному губернатору Грузии генерал-адъютанту Стрекалову: "Известный стихотворец, отставной чиновник Х класса Александр Пушкин отправился в марте месяце из С.-Петербурга в Тифлис, а как по высочайшему его имп. величества повелению состоит он под секретным надзором, то по приказанию его сиятельства графа И. Ф. Паскевича имея честь донести о том вашему превосходительству, покорнейше прошу не оставить распоряжением вашим о надлежащем надзоре за ним по прибытии его в Грузию". Пушкин прибыл в Тифлис 27 мая 1829 года.

Тайны Третьего отделения

9 августа 1824 года Пушкин прибыл в имение Михайловское, куда он был сослан по распоряжению императора Александра I. В этой ссылке поэт пережил выступление в Санкт-Петербурге декабристов. В июле 1826 года по приговору Верховного уголовного суда были повешены пятеро из них: Рылеев, Пестель, Каховский, Муравьев-Апостол, Бестужев-Рюмин. В сентябре 1826 года император Николай I приказывает Пушкину прибыть в Москву "в своем экипаже свободно, под надзором фельдъегеря не в виде арестанта". 8 сентября 1826 года в Москве, в Чудовом монастыре, состоялась встреча нового императора и поэта. О состоявшейся тогда беседе написано немало, но мало сохранилось сведений достоверного характера. Можно утверждать только то, что между собеседниками было достигнуто какое-то устное соглашение. Николай I разрешил Пушкину жить в обеих столицах. Но это было не то, о чем пишут по этому поводу многие пушкинисты: мол, император сразу вызвался выступить в роли единственного цензора его сочинений. Дело было намного тоньше и сложнее. 12 июля 1827 года глава Третьего отделения А. X. Бенкендорф докладывал Николаю I: " Пушкин, после свидания со мной, говорил в Английском клубе с восторгом о Вашем Величестве и заставил лиц, обедавших с ним, пить здоровье Вашего Величества. Он все-таки порядочный шалопай, но если удастся направить его перо и его речи, то это будет выгодно". В октябре 1827 года шеф Третьего отделения получает сообщение: "Поэт Пушкин ведет себя отлично хорошо в политическом отношении. Он непритворно любит государя и даже говорит, что ему обязан жизнью, ибо жизнь так ему наскучила в изгнании и вечных привязках, что он хотел умереть".

Пушкин, конечно, понимал, что за ним ведется негласный надзор. Когда в апреле 1828 года началась война России с Османской империей, он решил переформатировать сценарий действий. Николай Путята, литератор, с 1823 года адъютант генерал-губернатора Финляндии А. А. Закревского, пишет в своей "Записной книжке": "Я довольно часто встречался с Пушкиным в Москве и Петербурге.. По многим признакам я мог убедиться, что покровительство и опека императора Николая Павловича тяготили его и душили. Посредником своих милостей и благодеяний государь назначил графа Бенкендорфа, начальника жандармов. К нему Пушкин должен был обращаться во всех случаях. Началась Турецкая война. Пушкин пришел к Бенкендорфу проситься волонтером в армию. Бенкендорф отвечал ему, что государь строго запретил, чтобы в действующей армии находился кто-либо не принадлежащий к ее составу, но при этом благосклонно предложил средство участвовать в походе: хотите, сказал он, я определю вас в мою канцелярию и возьму с собою? Пушкину предлагали служить в канцелярии Третьего отделения". Кстати, существуют и воспоминания А. А. Ивановского, чиновника Третьего Отделения, достоверность которых не подвергается сомнению. Вот что он пишет: "В половине апреля 1828 года Пушкин обратился к А. X. Бенкендорфу с просьбою об исходатайствовании у государя милости к определению его в турецкую армию. Когда ген. Бенкендорф объявил Пушкину, что его величество не изъявил на это соизволения, Пушкин впал в болезненное отчаяние... Он квартировал в трактире Демута... Человек поэта встретил нас в передней словами, что Александр Сергеевич очень болен и никого не принимает". Но Пушкин принял Ивановского. "Если б вы просили о присоединении вас к одной из походных канцелярий: Александра Христофоровича Бенкендорфа, или графа К. В, Нессельроде, или П. И. Дибича - это иное дело, весьма сбыточное, вовсе чуждое неодолимых препятствий", - заявил жандарм. "Ничего лучшего я не желал бы!.. И вы думаете, что это можно еще сделать?", - воскликнул Пушкин. На что последовал ответ: "Конечно, можно".

Походная канцелярия Бенкендорфа - это контрразведка. В компетенцию Третьего отделения входило, помимо всего прочего, и управление главной Императорской квартирой, и Собственный Его Императорского Величества конвой. Граф К. В, Нессельроде, МИД - это политическая разведка. П. И Дибич - военная разведка. До 1832 года - официальной даты создания в России политической разведки - собственная разведка существовала в военном Министерстве и коллегии иностранных дел России. В начале XIX века Александр I провел реорганизацию высшего государственного управления России, и вместо коллегий были учреждены министерства. Одновременно его именным манифестом министрам министерств было указано немедленно образовать канцелярии в министерствах. Созданная канцелярия МИД подразделялась на четыре экспедиции. Первая экспедиция ведала азиатскими делами, вторая - перепиской с Цареградской миссией и всеми внутренними делами, третья - "перепиской на французском языке с министрами в чужих краях и внутри государства", а также выдачей заграничных паспортов, четвертая - нотами и записками от иностранных министров. Каждую экспедицию возглавлял управляющий в должности коллежского советника (соответствовал чину VI класса). Также в МИД были организованы и три секретные экспедиции. Первая - цифирная (шифровальная). Вторая - цифирная (дешифровальная), и третья - газетная (служба перлюстрации) и архив. Впоследствии экспедиции были преобразованы в отделения с повышением ранга управляющих. В 1832 году Николай I реорганизовал центральное управление МИД. Были образованы департаменты. Департамент внутренних сношений, Департамент хозяйственных и счетных дел и Департамент внешних сношений, который объединил секретные экспедиции и архив министерства. Курировал Департамент внешних сношений МИД непосредственно начальник Третьего отделения Его Величества Собственной Канцелярии А.Х. Бенкендорф.

Перед нами письмо Пушкина А. X. Бенкендорфу от 21 июля 1831 года: "Заботливость истинно отеческая государя императора глубоко меня трогает. Осыпанному уже благодеяниями его величества, мне давно было тягостно мое бездействие. Мой настоящий чин (тот самый, с которым выпущен я был из Лицея), к несчастию, представляет мне препятствие на поприще службы. Я считался в Иностранной коллегии от 1817-го до 1824-го года; мне следовали за выслугу лет еще два чина, т. е. титулярного и коллежского асессора; но бывшие мои начальники забывали о моем представлении. Не знаю, можно ли мне будет получить то, что мне следовало. Если государю императору угодно будет употребить перо мое, то буду стараться с точностию и усердием исполнять волю его величества и готов служить ему по мере моих способностей. В России периодические издания не суть представители различных политических партий (которых у нас не существует), и правительству нет надобности иметь свой официальный журнал; но тем не менее общее мнение имеет нужду быть управляемо. С радостию взялся бы я за редакцию политического и литературного журнала, т. е. такого, в коем печатались бы политические и заграничные новости. Около него соединил бы я писателей с дарованиями и таким образом приблизил бы к правительству людей полезных, которые всё еще дичатся, напрасно полагая его неприязненным к просвещению. Более соответствовало бы моим занятиям и склонностям дозволение заняться историческими изысканиями в наших государственных архивах и библиотеках. Не смею и не желаю взять на себя звание историографа после незабвенного Карамзина; но могу со временем исполнить давнишнее мое желание написать Историю Петра Великого и его наследников до государя Петра III".

Поэт сделал свой выбор - МИД. Согласно существовавшему положению, в Российской империи при назначении на ту или иную должность необходимо было соблюдать определенную бюрократическую процедуру. Прошение о назначении на должность подавалось на имя Императора только чиновниками, которые соответствовали должностям первых четырех классов, а назначение оформлялось высочайшими приказами и именными указами Правительствующему Сенату. Чиновники первых трех классов - члены Государственного Совета, сенаторы, члены Святейшего Синода, министры, главноуправляющие, их товарищи (заместители), члены комитета и Совета министров, генерал-губернаторы - назначались непосредственно императором. Чиновники IV класса - директора департаментов министров, обер-прокуроры Сената, прокуроры судебных палат, губернаторы - и некоторые чиновники V класса - вице-губернаторы, управляющие казенными палатами - назначались императором по представлению министров. Академик В. А. Чудинов, изучая архивный материал Пушкинского дома по разделу "деловые бумаги", выявил все обстоятельства, связанные с возвращением Пушкина на работу во внешнеполитическое ведомство Российской империи.

20 июля 1831 года Пушкин написал письмо Николаю Первому с просьбой зачислить его на государственную службу. Обычно подобные бумаги в царской канцелярии рассматривались с некоторым временным люфтом. Тем более, речь шла о поэте, имевшем с точки зрения циркулировавших тогда слухов неоднозначную политическую репутацию: вольнодумец, связан чуть ли не с декабристами и т.д. Но имперская бюрократия работала на редкость быстро. 21 июля 1831 года Николай I приказал Бенкендорфу дать указание Карлу Нессельроде принять Пушкина на службу в МИД. 23 июля 1831 года Нессельроде получает письмо от Бенкендорфа о Высочайшем повелении определить в Государственную Коллегию Иностранных Дел "известнейшего нашего поэта, Титулярного Советника Пушкина, с дозволением отыскать в архивах материалов для сочинения истории Петра I". Как видим, Бенкендорф указывает государственный чин поэта - титулярный советник IX класса, хотя Пушкин формально числился отставным коллежским секретарем X класса. Ошибка? В этой связи 14 ноября 1831 года Нессельрроде специально обращается к императору с уточняющим вопросом: "Каким чином определить "известного нашего поэта, коллежского секретаря Пушкина в Коллегию?". В тот же день в МИДе принимается приказ: "Государь Император Высочайше повелеть соизволил: отставного коллежского секретаря Александра Пушкина принять в службу тем же чином, и определить его в Государственную Коллегию Иностранных Дел". Но тогда почему все же Бенкендорф упоминает чин Пушкина - титулярный советник? Более того, Пушкину был назначен оклад в размере 5000 рублей, что соответствовало в те времена окладу заместителя директора департамента министерства или губернатора, но не соответствовало низкому чину коллежского секретаря. К тому же, как выясняется, хотя Пушкин состоял на службе в Коллегии иностранных дел, официально зарплату он получал не из финансовых фондов МИДа для выплаты жалования её сотрудникам, а из специального фонда Николая I в министерстве финансов.

9 декабря 1831 года император пожаловал Пушкину чин титулярного советника. Поэту объявили об этом во время принятия присяги 4 января 1832 года на Английской набережной в доме № 30. Но самое интригующее в том, что Пушкин в один и тот же день подписал два присяжных листа: Клятвенное обещание и текст с присягой. На первом документе он значится как "коллежский секретарь", а на втором - "титулярный советник". То есть в МИДе он - коллежский секретарь. Тогда по какому департаменту он - титулярный советник?

Антимасонская клятва

Из мидовских "клятв" поэта можно сложить ребус. Автор при содействии сотрудника Архива внешней политики России историка Игоря Григораша обнаружил еще несколько уникальных документов. Начнем с указа императрицы Екатерины II от 1791 года. Он гласит: "Кроме министров департамента иностранных дел, каковыми Ее величество почитает канцлера (или без сего звания управляющего оным департаментом), вице-канцлера и членов секретной экспедиции, никто из прочих членов Коллегии не ходил в дома чужестранных министров, не имел с ними разговоров о делах, никого из них в своем доме не принимал, и ни под каким видом не вел с ними переписки или пересылки". Этот документ обязаны были подписывать все служащие чиновники департамента или вновь зачисленные в его штат. Под ним мы обнаружили автограф Пушкина. Тем не менее поэт, вопреки указу Екатерины II, вел достаточно свободный образ жизни. Если судить по дневниковым записям, то он открыто посещал светские салоны, общался с иностранными послами и дипломатами, рассуждал о внутренней и внешней политике России. На его мнение часто ссылались дипломаты в своих депешах. Исследователи архивов вюртембергского и австрийского министерств иностранных дел обнаружили некоторые такие документы. В них Пушкин предстает как "видный дипломат, политический деятель, идейный глава так называемой русской партии".

9 июня 1817 года воспитанник Царскосельского лицея Александр Пушкин получил первое назначение в Коллегию иностранных дел на должность переводчика с денежным содержанием семьсот рублей в год. Служба в Коллегии для всех сотрудников начиналась с присяги императору Александру Павловичу. Она была принесена 15 июня 1817 года. Новые сотрудники МИДа обязательно знакомились и с содержанием документа Коллегии от 5 марта 1744 года о неразглашении служебной тайны, а также с указом Петра I "О присутствующих в Коллегии иностранных дел, о порядке рассуждения по делам особенной важности и по бумагам текущим и о назначении числа чиновников с распределением должностей между ними". Пушкин должен был подписать эти два документа для получения доступа к секретным документам. Однако такие документы с автографами Пушкина в Архиве внешней политике России отсутствуют. Еще один интригующий факт. 13 августа 1822 года Александр I издал так называемую антимасонскую клятву, которую в обязательном порядке должны были подписать все сотрудники МИДа. "Мы, нижеподписавшиеся, объявляем, что мы не принадлежим никаким ложам Масонским или тайным обществам, внутри империи или вне ее существовать могущим, и что мы впредь принадлежать оным не будем",- говорится в этом указе. И под этим документом нет подписи Пушкина, хотя тогда он не отчислялся из штата МИДа. Наша версия сводится к следующему: либо Пушкин подписывал соответствующие документы в ином ведомстве, либо мидовские документы с автографом поэта по каким-то причинам исчезли. На наш взгляд, первая позиция более близка к исторической истине.

Любопытно, что в 1826 году император Николай I решил еще раз подтвердить своим указом антимасонскую клятву, поскольку по попавшим в его распоряжении данным, МИД был "засорен масонами и членами других тайных обществ". Они, состоя в штате внешнеполитического ведомства, могли знать, подписал ли Пушкин антимасонскую клятву или нет. Это имело принципиальное значение для поэта, поскольку от этого зависел успех или неуспех задания, которое ему было поручено выполнить во время так называемой "южной ссылки" 1820 года в Бессарабию.

Внедрение в тайные общества

Ко времени появления лицеистов в МИДе всеми делами заправляли статс-секретари Иоанн Антонович Каподистрия и Карл Васильевич Нессельроде. Управление образованной в 1818 году Бессарабской областью находилось в руках статс-секретаря Иоанна Каподистрия. Он был министром иностранных дел Республики Ионические острова, основанной адмиралом Ушаковым. По Тильзитскому миру 1807 года с Францией Россия уступила ей протекторат над этими островами. Каподистрия уехал в Санкт-Петербург, где был зачислен на службу в Коллегию иностранных дел. В 1811 году, будучи секретарем русской миссии в Вене, он основал Гетерию филомуз - Союз греческих патриотов, который строился по принципу масонских структур.

....Весной 1820 года Пушкина вызвали к военному генерал-губернатору Петербурга графу М. А. Милорадовичу для объяснения по поводу содержания его эпиграмм, посвященных Аракчееву. По городу носились слухи, что Пушкина ссылают. Как писал Ф.Н.Глинка, "Гнедич с заплаканными глазами бросился к Оленину; Карамзин, как говорили, обратился к государыне, а Чеодаев хлопотал у Васильчикова, и всякий старался заложить слово за Пушкина". Но слова и слухи шли своею дорогою, а дело исполнялось по высочайшему повелению. Поэту было объявлено, что сочинение и распространение эпиграмм несовместимо со статусом государственного чиновника. Однако пушкинистами установлено, что автором эпиграмм на Аракчеева являлся не Пушкин, а Рылеев. То есть Пушкину выстраивали легенду неблагонадежного, готовя его перевод, а не ссылку, в кишиневскую канцелярию И. Н. Инзова. Существует еще одно подтверждение того, что Пушкин ехал на юг на выполнение оперативного задания. За две недели до принятия решения императором о переводе Пушкина на юг, когда о его отъезде из Санкт-Петербурга ничего не было известно, директор одного из департаментов МИДа Н.И. Тургенев 23 апреля 1820 года сообщал русским дипломатам в Константинополь: "Пушкина дело кончилось очень хорошо. У него требовали его оды и стихов. Он написал их в кабинете графа Милорадовича. Как сей последний, так и сам государь сказали, что это ему не повредит и по службе. Он теперь собирается ехать с молодым Раевским в Киев и в Крым". 6 мая 1820 года в Константинополь из российской столицы следует еще одно письмо: "Пушкин завтра едет к Инзову. Государь велел написать всю его историю, но он будет считаться при Каподистрии".

17 мая Пушкин прибыл в Екатеринослав на место службы. Но случилось так, что, искупавшись в Днепре, он "простудился" и его отпустили лечиться на Кавказ на два месяца. Только для больного это была странная поездка. Маршрут - Ставрополь, Владимирский редут, станция при реке Безымянная, Прочный окоп, Царицынский редут, Темижбек, Кавказская крепость, Казанский редут, Тифлисский редут, Ладожский редут, Усть-Лабинская крепость, Карантинный редут, Екатеринодар, Мышастовка, станица Ивановская, Копыл (Славянск), Курки. Далее - Темрюк, Пересыпь, Сенная. Наконец, 14 августа он оказываются в Тамани. Перебирается в Крым, следует из Керчи в Феодосию и оттуда на военном бриге в Гурзуф. Из Гурзуфа вместе с молодым Раевским Пушкин верхом на лошадях добирается до Ялты. Оттуда через Мисхор и Алупку направляется в Бахчисарай. Можно согласиться с теми исследователями, которые эту поездка поэта считают инспекторской по приграничным войскам, а не оздоровительной прогулкой. Все это развенчивает легенду, что Пушкин был сослан на юг за ненадлежащее поведение и порочные эпиграммы. Однако официальные власти не могли опровергать расхожие домыслы: не объявлять же во всеуслышание, что сотрудник МИДа Александр Пушкин выполнял секретную миссию на юге накануне готовившейся войны с Османской империей.

В начале 1820-х годов Бессарабия была ареной крупных политических событий. Сам бессарабский наместник, генерал И. Н. Инзов увлекался модными тогда масонскими идеями, считался лицом, происхождение которого было весьма загадочно; молва упорно делала из него незаконного сына какой-то очень высокопоставленной особы, чуть ли не самого Павла Первого. В Кишиневе Пушкин оказался в гуще событий. Там было множество тайных обществ. Каждое из них преследовало собственные цели. В начале 1821 года вспыхнуло народное восстание в Валахии (историческая область между Карпатами и Дунаем). Его поднял Тудор Владимиреску. Поводом для выступления стала смерть господаря Валахии Александра Суццо. Восставшие объявили своей целью освобождение от ига местных бояр, а также фанариотов (перешедших на службу к туркам константинопольских греков, из числа которых назначались молдавские и валашские господари). Одновременно с этим активизировалась деятельность тайных греческих обществ на юге Греции - в Морее. На севере вспыхнуло восстание гетерии.

23 февраля 1821 года греки под командованием сына молдавского и валашского господаря, генерал-майора русской армии, одного из руководителей тайной греческой организации "Фелике Гетерии" Александра Ипсиланти начали военные действия в Валахии. Но князь Александр Ипсиланти - бывший адъютант Александра I, личный друг российского министра иностранных дел Каподистрии - в Яссах совершил опрометчивый, хотя, возможно, и выверенный шаг. Он издал воззвание, в котором намекал на поддержку борьбы греков со стороны некой "державной силы". Император Александр I усмотрел в этом намек на Россию, на подрыв ее позиций в "Священном союзе". 9 марта 1821 года император, как бы в доказательство приверженности принципам сохранения в Европе незыблемости порядка, исключил Ипсиланти из русской службы. Сыграл ли в этой случае свою роль Александр Пушкин? Полагаем, что да, если анализировать под "разведывательным углом" сохранившиеся его записки о складывающейся ситуации в этом регионе империи. Для исследователей тут еще много тайн, поскольку многие доклады поэта в "центр" либо исчезли, либо до сих пор носят гриф "совсекретно" в российских архивах.

Что же касается масонов, то любопытными выглядят "Записки" И.Д.Якушкина: "Приехав в Каменку, я полагал, что никого там не знаю, и был приятно удивлен, когда случившийся здесь А. С. Пушкин выбежал ко мне с распростертыми объятиями. Я познакомился с ним в последнюю мою поездку в Петербург у Петра Чаадаева, с которым он был дружен и к которому имел большое доверие. Василий Львович Давыдов, ревностный член Тайного общества, узнавши, что я от Орлова, принял меня более чем радушно. Он представил меня своей матери и своему брату генералу Раевскому как давнишнего короткого своего приятеля. С генералом был сын его полковник Александр Раевский. Через полчаса я был тут как дома. Орлов, Охотников и я, мы пробыли у Давыдова целую неделю. Пушкин, приехавший из Кишинева, где в это время он был в изгнании, и полковник Раевский прогостили тут столько же. Мы всякий день обедали внизу у старушки матери. После обеда собирались в огромной гостиной, где всякий мог с кем и о чем хотел беседовать... Раевский, не принадлежа сам к Тайному обществу, но подозревая его существование, смотрел с напряженным любопытством на все происходящее вокруг него. Он не верил, чтоб я случайно заехал в Каменку, и ему хотелось знать причину моего прибытия. В последний вечер Орлов, В. Л. Давыдов, Охотников и я сговорились так действовать, чтобы сбить с толку Раевского насчет того, принадлежим ли мы к Тайному обществу или нет. Для большего порядка при наших прениях был выбран президентом Раевский. В последний этот вечер пребывания нашего в Каменке, после многих рассуждений о разных предметах, Орлов предложил вопрос, насколько было бы полезно учреждение Тайного общества в России. Сам он высказал все, что можно было сказать за и против Тайного общества. В. Л. Давыдов и Охотников были согласны с мнением Орлова; Пушкин с жаром доказывал всю пользу, которую могло бы принести Тайное общество России. Тут, испросив слово у президента, я старался доказать, что в России совершенно невозможно существование Тайного общества, которое могло бы быть хоть сколько-нибудь полезно. Раевский стал мне доказывать противное и исчислил все случаи, в которых Тайное общество могло бы действовать с успехом и пользой; в ответ на его выходку я ему сказал: "Мне нетрудно доказать вам, что вы шутите; я предложу вам вопрос: если бы теперь уже существовало Тайное общество, вы, наверное, к нему не присоединились бы?" - "Напротив, наверное бы присоединился",- отвечал он. "В таком случае давайте руку",- сказал я ему. И он протянул мне руку, после чего я расхохотался, сказав Раевскому: "Разумеется, все это только одна шутка". Пушкин... был очень взволнован; он перед этим уверился, что Тайное общество или существует, или тут же получит свое начало и он будет его членом; но когда увидел, что из этого вышла только шутка, он встал, раскрасневшись, и сказал со слезой на глазах: "Я никогда не был так несчастлив, как теперь; я уже видел жизнь мою облагороженною и высокую цель перед собой, и все это была только злая шутка".

В 1821 году Пушкин вступил в масонскую ложу "Овидий", "Кишиневские масоны, - сообщает А.В.Тыркова-Вильямс в своей книге "Жизнь Пушкина", - действовали довольно открыто". Но такая пора продолжалась недолго. На юге России началась реорганизация армии. Инзов оставил свою должность. Из управления МИДа была изъята Бессарабия, в результате и Пушкин остался не у дел. Его перевели в подчинение к графу С.М. Воронцову, который вскоре дал ему поручение по обследованию губерний, где "возродилась саранча". Поэт счел это оскорблением и подал в отставку. В августе 1822 года Александр I подписал указ об "уничтожении масонских лож и всяческих тайных обществ". В указе сказано, что цель запрета лож - поставить преграду "всему, что ко вреду государства служить может", ибо "беспорядки и соблазны, возникшие... от существования разных тайных обществ, из коих иные под наименованием лож масонских, первоначально цель благотворения имевших, другие занимаясь сокровенно предметами политическими, впоследствии обратились ко вреду спокойствия государства". Тем не менее, многие сотрудники МИДа, и даже члены декабристских тайных организаций имели предписание сохранить членство в масонских ложах "по государственным соображениям".

Так что Николай I вернул Пушкина в одно из самых секретных учреждений России, каковым являлся МИД, допустил его к наиболее секретным документам России, архивам собственной семьи, а также к материалам восстания под руководством Емельяна Пугачева. И в находке Светланы Бойко неизвестного автографа Пушкина, выявлении ею факта поездки поэта в 1830 году в Казань, и его указание в подорожной тетради "чина повыше" нет ничего удивительного. Подобных таинственных поездок поэта по городам и весям империи было множество. Мы уверены, что работа в архивах на этом направлении может преподнести пушкинистам еще немало исторических сюпризов. Автор этих строк связался со Светланой Андреевной Бойко и ознакомил её с разработанной им версией. Последовал короткий ответ: "А почему бы и нет!"