Диоген и Александр

VicRus

Administrator
#1
http://www.proza.ru/2008/09/23/21

Диоген и Александр

цитата:
И вот Александр останавливается перед сидящим на корточках Диогеном, и вся толпа застывает в молчаливом восторге, обступив их плотным кольцом.
Это был один из первых теплых весенних дней, и Диоген вылез из своей бочки, чтобы погреться на солнышке. Он сидел и беззаботно щурился на божий свет, почесывая иногда то свою густую рыжеватую бороду, то грязный бок, пока перед ним не возникла темная фигура красивого светловолосого юноши. Но Диоген, казалось, даже не заметил его появления и продолжал смотреть прямо перед собой, как бы сквозь этого человека и сквозь толпу, пришедшую вместе с ним.
Не дождавшись приветствия, и слыша за собой напряженное сопение толпы, Александр, все с той же приветливой улыбкой, сделал еще один шаг к этому наглецу и сказал:
- Здравствуй, славный Диоген! Я пришел сюда, чтобы приветствовать тебя. Вся Греция только и говорит о твоей новой мудрости, которую ты проповедуешь. Вот я и пришел посмотреть на тебя и, может быть, получить совет.
- Разве мудрость можно проповедовать? - спросил Диоген, еще более сощурив глаза. - Если хочешь стать мудрым, стань бедным. Но, судя по твоему виду, ты человек богатый и гордишься этим. Кто ты?
Лицо Александра на миг нахмурилось, но он взял себя в руки и вновь улыбнулся.
- Ты не знаешь кто я, славный Диоген? Я Александр, сын Филиппа. Может быть, ты слышал обо мне?
- Да, о тебе много говорят в последнее время - ответил бесстрастно Диоген. - Ты тот, кто взял штурмом Фивы и истребил там тридцать тысяч мужчин, женщин, детей и стариков?
- Ты осуждаешь меня? - спросил Александр.
- Нет, - ответил, чуть подумав, Диоген, - ты меня удивляешь. Говорят, что ты хочешь объединить греков, чтобы воевать с персами. Разве для этого необходимо было сперва перебить столько невинных? Ты надеешься объединить людей страхом?
Александр уже жалел, что не послушался учителя и пришел к этому жалкому оборванцу, но отступать было некуда: вокруг стояли греки - его народ, и от того, что он ответит этому наглецу, зависела, как казалось наивному юноше, судьба великого дела, которое он задумал.
- Но, Диоген, разве не ты говорил, что люди - по своей первичной природе - животные? А что делает человек, когда животное упрямится? Вот, что делаешь ты, когда осел, который везет твою повозку, вдруг станет и не хочет идти?
- Я не езжу на ослах - ответил Диоген простодушно. - Но, если бы такое случилось, я бы крепко подумал: почему осел стал? Ведь у каждого явления есть своя причина. Быть может он хочет пить? А может быть, ему захотелось пощипать сочной травки?.. Но я не езжу на ослах. Ведь животные не ездят на животных? Я хожу пешком - это и полезно и справедливо.
- Ты очень мудр - сказал Александр, сделав еще один шаг к Диогену. - Но твоя мудрость - это твоя мудрость. Если уж люди подобны животным, то они и различны как животные. То, что хорошо для овцы, не подходит для орла. А то, что хорошо для орла, не подходит для льва. И каждый из этих животных должен следовать своему предназначению.
- И каково твое предназначение? - спросил Диоген, чуть качнувшись вперед, словно задумав встать.
- Объединить греков, чтобы завоевать для них весь мир! - громко сказал Александр, чтобы все слышали его слова.
- Мир так огромен - раздумчиво произнес Диоген. - Скорее он завоюет тебя, чем ты его.
- Как бы он ни был огромен, при поддержке моих греков, я дойду до края земли! - уверенно воскликнул юноша.
- И что ты будешь делать, когда завоюешь мир?
- Вернусь домой - весело сказал Александр. - И буду отдыхать на солнышке так же беспечно, как ты сейчас.

Юному царю, этому баловню судьбы, казалось, что он с честью закончил столь трудный в начале разговор.
- Так тебе только для этого нужно завоевать весь мир? - спросил Диоген, и в его словах теперь уже явственно слышалась насмешка. - А что тебе мешает прямо сейчас сбросить свои блестящие одежды и усесться со мной рядом? Если хочешь, я даже уступлю тебе свое место.
Александр опешил. Он не знал, что ответить этому хитрецу, так ловко заманившему его в ловушку. Люди за спиной, еще минуту назад восхищенно молчавшие, теперь вдруг задвигались, глухо загудели, нашептывая в ухо соседям некие слова, а некоторые из них даже, не сдержавшись, прыскали сдавленным смехом в подставленные ладони.
- Ты очень дерзок, старик - выдавил, наконец, Александр. - Ни каждый бы осмелился так разговаривать с покорителем Фив. Вижу, что правы те, кто говорит, что ты не знаешь страха ни в делах своих, ни в словах. Если это твоя мудрость, то она сродни безумию. Но мне нравятся безумцы. Я и сам немного одержим. И потому я не сержусь на тебя и, в знак уважения к твоему безумству, готов выполнить любую твою просьбу. Говори - чего ты хочешь? Обещаю выполнить - или я не Александр сын Филиппа!
Толпа вновь притихла. И вновь Александру показалось, что он победил этого дикаря, не признающего над собой власти условностей.
- Мне ничего не надо - чуть слышно ответил Диоген в совершенной тишине, и впервые за всю беседу улыбнулся ясной улыбкой ребенка. - Впрочем, если тебе не трудно, отойди чуть в сторону - ты мне загораживаешь солнце.
Александр побагровел. Он ничего не слышал, кроме ударов крови во вздувшихся у виска жилах. Он схватился за рукоять меча и стоял так, словно парализованный…
Наконец рука его соскользнула с рукояти и повисла, безвольно болтаясь, вдоль тела. Толпа облегченно вздохнула.
Александр круто развернулся и двинулся прочь. А впереди него шли его солдаты, грубо расталкивая еще не пришедшую в себя от всего услышанного толпу.
Так закончилась эта история.
Впрочем, существует и другая версия - более распространенная. В ней говориться, что последнее слово осталось все же за Александром, будто бы воскликнувшим в восхищении на безумные слова Диогена:
- Клянусь, если бы я не был Александром, я хотел бы стать Диогеном!
В этой же истории говорится, что Александр в тот же вечер послал Диогену воистину царские подарки, которые тот, почти все, раздарил по своему обыкновению случайным людям, оставив себе лишь кувшин с вином и немного хлеба с сыром.
На самом деле, этот запоздалый ответ придумал для Александра Аристотель. Он же и запустил рассказ о встрече великого Александра с великим Диогеном, с придуманной им концовкой, в народ, когда они прибыли в Афины.